anadolieto

Путешествуя по Европе, добрался я до Эстонии, с которой с давних пор меня связывали теплые ностальгические воспоминания. В студенческие годы мы с друзьями часто приезжали сюда из Ленинграда, чтобы погулять «по почти Европе», подышать воздухом свободы. Пусть и относительной, но все-таки Свободы. Не зря многие советские фильмы про «тамошнюю жизнь» снимали именно здесь. Я побродил по знакомым улицам, посидел в кафешках Старого города, покормил голубей на Ратушной площади, поднялся в Вышгород, посмотрел на красные черепичные крыши Таллинна, вспомнил молодость. Затем, взяв напрокат машину, двинулся в сторону Питера. Выехал вечером – я люблю ездить по ночам. Машин мало, дороги почти пусты, едешь, а в голове крутится ностальгический мотив про «ночную песню шин», про «серую нитку стоптанных дорог, которая штопает ранения души», и вообще,«слава богу, мой дружище, есть у нас враги – значит есть, наверно, и друзья...» Утверждение, прямо скажем, спорное, но песня хорошая.

Миновав «конец цивилизации» Нарву, я переехал мост в Иван-город и оказался в России. Тощий молоденький пограничник похожий на гриб-поганку с большой зеленой шляпкой, видимо по инструкции, трижды посмотрел на меня - на паспорт, на меня - на паспорт, ещё раз на меня - на паспорт, и неохотно отпустил с миром. Я выехал на Ленинградское шоссе и взял направление на север. Дорога стала хуже, мотивчик в голове зазвучал глуше. На подъезде к Пскову меня тормознул гаишник. Как дисциплинированный американский водитель, я прижался на обочине.

– Сержант Бр-бр-бр-боров, – козырнул он, – Папрашу документики.

Я дал ему свой американский драйвер-лайсенз и документы на прокат машины. Он в полглаза изучил предъявленное и спросил:

– А где права?

– Так вот же...

– Это что ли?

– Ну, да. Это американские права, по ним можно ездить три месяца без регистрации в любой стране...

– Американские, говоришь, – в его глазах появилось хрустальное мерцание. – Так ты американец что ли? А где паспорт?

Я дал ему свой американский паспорт. Он долго его изучал, вертел и так, и сяк, пытаясь понять, что означают надписи на незнакомом языке, да он, похоже, и русским-то владел не очень, потом спросил:

– А виза где?

– Визу уже на границе проверили. Но, если угодно, вот она.

Я открыл нужную страницу в паспорте и показал ему.

– Так, так... – задумчиво сказал он. – Ключи давайте.

– Это ещё зачем?

– Давайте, давайте, – он перегнулся через меня и выдернул ключи из замка. При этом от него так шибануло перегаром, запахом лука, табака, пота и еще какой-то мерзости, что я чуть не скончался тут же за рулем. А он, между тем, спрятал ключи и все мои документы в карман и, застегнув молнию, сказал:

– Аптечки нет, огнетушителя нет, номер забрызган... С правами тоже не ясно. Подозрительные какие-то у Вас права. В общем, с Вас штраф... – он пошевелил губами, – 500 долларов.

Я ошалел.

– Как 500? За что?

– Ну, как же. Я же вот говорю – аптечки нет, ремень безопасности не был пристегнут...

– То есть как не был пристёгнут? Был!

– Да, что Вы говорите? – он издевательски улыбнулся. – Что-то я не помню.

Ясно, что с этим случаем милицейской амнезии, спорить было бесполезно.

– А почему пятьсот?

– Ну, как же, – удивляясь непонятливости американца, пояснил он. – Сто мне, сто напарнику, триста начальнику.

– Хрен вам, а не пятьсот долларов, – сказал я, – Везите в отделение, буду с начальником разговаривать.

– Да, вы не горячитесь, – он заглянул в паспорт, – мистер э-э-э, Ко-ре-лев (английскую букву «п» он прочитал, как русскую «р»). Подумайте. Сейчас второй час ночи, пока то, да сё... Ночь проведете в обезьяннике, – он сладко улыбнулся, – А утром вам еще нужно будет доказать начальнику, что вы не виноваты... А как ты думаешь, – он непринуждённо перешел на «ты», – кому он больше поверит, тебе или мне с напарником? Так что подумай, подумай. – Он развернулся и неторопливо пошел к своей машине. Я остался на холодном октябрьском ветру без ключей, без документов, без паспорта.

Я вернулся в машину, и, по совету сержанта, стал размышлять.

– А может, ну его на фиг, – подумал я малодушно, – Хрен с ними, с этими пятьюстами долларами. Ведь действительно в обезьянник засадят. Да еще пиздюлей наваляют. Доказывай потом.

Но прислушавшись к себе, я ощутил, что платить мне, ну очень не хочется. Ну, вот никак! И не только потому, что жалко денег, заработанных тяжелым трудом. Все мое нутро гражданина другой, свободной страны сопротивлялось этому чудовищному, жлобскому, нахальному вымогательству. Пожалуй, именно в тот момент я почувствовал, как сильно меня изменила Америка. Раньше, наверное, отдал бы и не пикнул, лишь бы не связываться.

– Ну, нет, – сказал я себе, – ещё российских ментов я не кормил на свои трудовые.

Помигал фарами – мол, я подумал, иди сюда.

Не в обычаях российских ментов, идти навстречу клиенту – сам должен прийти и принести в зубах деньги. Он и не пошёл. Сидел и ждал. Я опять помигал. Потом еще и еще раз. Это перемигивание длилось довольно долго. Наконец, жажда наживы возобладала, он недовольно вылез из своей машины и вразвалочку, не торопясь подошел.

– Ну, чё надо-то? Чё мигаешь? Надумал, что ли? – он протянул руку за деньгами.

Я развалился на сидении и достал из внутреннего кармана портмоне.

– Значит так, – сказал я. – Вот смотри. Видишь, вот эта карточка называется «Виза». И не просто «Виза», а «Виза-Платинум». Это значит, что я в любой момент могу снять с нее до ста тысяч долларов.

– Ну вот. Я же говорю, что штраф 500 баксов, для тебя пустяки.

– Это так. Это ты правильно заметил. Пустяки.

– Ну, я же говорю...

– Подожди, – сказал я, – не торопись. Вот по этой карточке, – я показал ему Gold Master Card, – я могу хоть сейчас получить пятьдесят тысяч долларов. А вот по этой, этой и этой еще до двадцати пяти, но это так, всё мелочи...

– А для чего ты всё это мне рассказываешь? – насторожился он.

– Всё это я тебе рассказываю, чтобы ты понял, что я далеко не бедный человек.

– Ну, так вот я...

– Поэтому, – продолжал я, как бы не замечая его реплик, – я как-нибудь перекантуюсь до утра, а утром пойду не к твоему начальнику, а куда-нибудь чуть повыше, дам там 5000 долларов и попрошу, чтобы тебя и твоего начальника поставили раком и у меня на глазах отсношали твоей сраной милицейской палкой, чтобы ты ею зря не размахивал. Как ты думаешь – откажет мне начальник твоего начальника в этом маленьком удовольствии за пять тысяч баксов?

Он молчал. Но выражение его лица красноречиво говорило, что никаких сомнений в том, что начальник не откажет и за меньшую сумму, у него нет.

– Скажу даже больше. За такое удовольствие я не пожалею и 10-ти тысяч. Поверь, для меня это не такие уж большие деньги – так, средний ужин в хорошем ресторане.

Он покряхтел, посопел, затем молча достал мои документы и отдал их мне.

– Молодец! – сказал я, – Очень правильное решение. А где мои 500 долларов?

– К-к-какие 500 долларов, – от возмущения он даже стал заикаться.

– Как какие? Те, которые я тебе дал.

– Ты мне?

– Ну, да.

– Ничего ты мне не давал!

– Разве? А может ты просто запамятовал? Это бывает. Я вот про ремень забыл, а ты про бабки. Ну, ничего, ты не огорчайся, – успокоил я его, – начальник за 10 штук память тебе освежит. Как ты думаешь, кому он поверит больше, мне или тебе? Вот то-то! Так что вспоминай, вспоминай скорее, пока я не передумал и не вспомнил чего ещё.

Матерясь, и призывая все кары небесные на головы проклятых америкосов, он стал шарить по карманам, пересчитывая честно заработанное бабло.

– Слушай, у меня столько баксов нет, – попытался он отговориться.

– Ничего страшного, не расстраивайся. Я согласен взять рублями. По курсу. Ты, кстати, не в курсе, какой курс сегодня?

Он ненавидяще посмотрел на меня, выгреб всё, что у него было, и протянул мне.

– Брось на заднее сиденье. – небрежно сказал я.

В зеркало заднего вида я еще долго видел, как он матерился мне вслед. Потом схватил рацию и стал что-то с жаром объяснять другим постам. По всей видимости, призывал коллег взять эту пиндоскую суку за задницу. Но душа человеческая, как известно, – потёмки, а уж милицейская, если она и есть, тем более. Мент на следующем посту не стал злоупотреблять цеховой солидарностью и, предусмотрительно отвернувшись, сделал вид, что меня не заметил.

Марк Копелев

7iskusstv.com/2016/Nomer12/MKopelev1.php